Страдия Радое Домановича — первая антиутопия

Изображение взято с сайта lib.ru

Одним из литературных жанров, родившемся в 20 веке, является антиутопия, представляющая собой, по сути, логическое продолжение утопии или же, если угодно, взгляд с другой стороны. Традиционно к первым утопиям относят произведения Евгения Замятина "Мы", 1984 Джорджа Оруэлла, О дивный новый мир Олдоса Хаксли, 451 градус по Фарингейту Рея Бредбери. Каждая из этих книг, несомненно, уже стала классикой. И несмотря на различия, порой существенные (например, позитивизм Хаксли и тоталитаризм Оруэлла и Замятина), так или иначе всё сводится к тому, что любая утопическая идея плоха, плоха тем, что в мире не бывает ничего идеального. И хотя авторы подходят к вопросу с различных сторон, результат в обоих случаях оказывается одинаковым. В качестве пояснения можно привести две цитаты о свободе:

Пожертвовавший свободой ради безопасности не заслуживает ни свободы, ни безопасности (Бенджамин Франклин)

Всем научились пользоваться люди, только не научились пользоваться свободой. Может быть, бороться с нуждой и крайней необходимостью гораздо легче, чем со свободой. В нужде люди закаляются и живут мечтой о свободе. Но вот приходит свобода, и люди не знают, что с ней делать (Михаил Пришвин)

Однако первым это заметил Радое Доманович, написавший повесть "Страдия". Автор жил в Сербии, с середины 19-го века по начало 20-го и был известен своей критикой монархии и, в частности, династии Обреновичей. Собственно, множество вещей в Страдии так или иначе корреклируют с событиями в политической и экономической жизни Сербии того времени. Однако есть некоторые идеи, которые прослеживаются и в современном мире, мире, который, казалось бы, победил пережитки прошлых эпох:

еред  самым  моим  приходом  военный  министр,   маленький,  худощавый
человечек с впалой грудью и тонкими ручками, закончил молитву.

... В его кабинете, словно в храме, носился запах ладана и разных  курений, а на столе лежали старые, пожелтелые божественные книги.
     В первую минуту я  подумал, что  ошибся и  попал к кому-то  другому, но мундир высшего офицера, .в который был облачен господин министр, убедил меня в противном.
— Простите, сударь,  — любезно сказал он нежным, тонким голосом, — я только что кончил свою обычную молитву, которую читаю  всегда перед тем, как сесть  за  работу. Теперь, в  связи  с  неприятными  событиями  на юге нашей дорогой родины, молитва имеет особенно 6oльшой смысл.
— Если  нападения будут продолжаться, то это может привести к войне? — спросил я.
— О нет, такой опасности нет.
— Мне кажется, господин  министр, опасность заключена уже в  том, что ежедневно разоряют целую область вашей страны и убивают людей?
— Убивать-то   убивают,  но  сами   мы   не   можем  быть  такими  же некультурными,  такими же дикими,  как...  Здесь  что-то  холодно,  сквозит. Сколько  раз я говорил этим  несчастным служителям,  чтобы  в  моей  комнате температура всегда  была  шестнадцать  с  половиной  градусов,  но  никакого толку...  —  прервал  господин министр  начатый   разговор  и  позвонил  в колокольчик...

Возможна ли жизнь на спутнике Сатурна?

Спутник Сатурна Энцелад
(изображение взято  с Википедии)

Вопрос с существованием жизни вне Земли (особенно, в Солнечной системе) стоит, наверное, с зарождения астрономии. Известно, что для жизни (при нашем понимании) весьма желательно, чтобы на планете (или спутнике) была вода, притом в жидкой форме. Это — первый критерий. Второй критерий — наличие органических соединений (хотя бы простейших), из которых могут образоваться аминокислоты.

Одним из мест, где возможно существование жизни, является спутник Сатурна Энцелад. Он имеет радиус порядка 250 км, плотность — около 1,61 г/см³, что, кстати, превышает плотность ряда других спутников планеты (до некоторого времени считалось, что Энцелад состоит из льда, однако измерения, полученные Кассини, уточнили состав, показав наличие силикатов и железа). Но не это обстоятельство делает этот спутник уникальным, а наличие гейзеров — участков на поверхности в месте разломов коры, из которых вырывается водяной пар и частицы льда. В 2008 году Кассини собрал данные, свидетельствующие о наличии жидкого океана под поверхностью спутника, а также данные о составе гейзеров:

1. Вода: 93%±3%
2. Азот: 4%±1%
3. Диоксид углерода: 3.2%±0.6%
4. Метан: 1.6%±0.6%
5. Аммиак, ацетилен, синильная кислота, пропан: следы (менее 1%)

Таким образом, именно данный спутник становится одним из наиболее вероятных кандидатов в Солнечной системе на наличие сложных органических соединений. Будем ждать новых наблюдений. Кстати, этой теме посвящена одна из лекций TED:

Потрясающие астрономические картинки

Наткнулся в отличном приложении FlipBoard для iPad на поток "Астрономические изображения дня" и не смог удержаться — настолько это красиво.

Copyrights & Credits: Chris Kotsiopoulos (GreekSky)

Copyright & Credits: Tunc Tezel (TWAN)

Футбольный матч среди философов

Отличная идея и неплохая реализация, хотя можно было раскрыть точнее:

Tom Lehrer — Who's Next

Случайно услышал отличную песню, зацепившую своим смыслом. Несмотря на то, что она — на английском, её стоит прослушать. В какой-то мере — асимметричный ответ атомному вооружению.



Tom Lehrer "Who's Next":

First we got the bomb, and that was good,
'Cause we love peace and motherhood.
Then Russia got the bomb, but that's okay,
'Cause the balance of power's maintained that way.
Who's next?

France got the bomb, but don't you grieve,
'Cause they're on our side (I believe).
China got the bomb, but have no fears,
They can't wipe us out for at least five years.
Who's next?

Then Indonesia claimed that they
Were gonna get one any day.
South Africa wants two, that's right:
One for the black and one for the white.
Who's next?

Egypt's gonna get one too,
Just to use on you know who.
So Israel's getting tense.
Wants one in self defense.
"The Lord's our shepherd," says the psalm,
But just in case, we better get a bomb.
Who's next?

Luxembourg is next to go,
And (who knows?) maybe Monaco.
We'll try to stay serene and calm
When Alabama gets the bomb.
Who's next?
Who's next?
Who's next?
Who's next? 

Яндекс.ЕГЭ — протестируй себя!

Узнал тут, что Яндекс открыл новый сервис — демонстрационные тесты ЕГЭ. Помимо стандартных вариантов также есть укороченные, которые я с удовольствием прошёл. Результаты оказались весёлыми:

• Математика — 5/5
• Информатика — 5/5
• Физика — 5/5
• Химия — 3/5
• Биология — 1/5
• География — 3/5
• История — 4/5 (ненавижу Болотникова)
• Обществознание — 5/5
• Русский язык — 4/5
• Литература — 1/5

Субъективно, самым лёгким тестом оказался тест по обществознанию (с учётом того, что я этому предмету никогда не учился). Самым сложным — по биологии. По физике 2 из 5 заданий решил ровно на физическом мышлении. Например, задачу про звуковые волны — по размерности, задачу про конденсатор — зависимостями от величин. Порадовали меня и некоторые отдельные вопросы,  за которые, по хорошему, надо некоторых личностей увольнять.

Обществознание.

Ей Богу, даже несмотря на то, что очевидным ответом, который хотят услышать составители тестов, является третий... Простите, о каких моральных границах мы говорим? О законных — возможно. Но, блин, у нас — светское государство. Мораль — это, конечно, замечательно, но она не может постулироваться государством. Мораль — это личное. И совершенно непонятно, с каких это пор учёные обязаны следовать каким-то моральным нормам. Можно проводить опыты над людьми — проводим. Запрещено законом — не проводим. И никакая мораль здесь не указ.

История.

Вопрос про Наполеона, почему он "развернулся" в 1812 году.

Опять же, понятно, что составители считают верным ответ №4. Но, позвольте, чем не угодил ответ №2? Что, совместные действия, — это так, мелочь? Типа "кушать нечего, мы отсюда пошли"? Отличный "плевок" в сторону Кутузова. Кстати, тогда и Вторая Мировая война — не надо говорить о ветеранах, виноват мороз. Немцы испугались морозов и ушли.

Fun.

 А вот тут составители не учли, что реальность и теория — две большие разницы. Наибольшая "доходная" статья бюджета — это, конечно, нацпроекты, что убедительно показывает проект РосПил.